Право на отцовство в решениях Европейского суда по правам человека


otec Право на отцовство — это естественное, неотъемлемое право человека (супругов) стать отцом (матерью) ребенка и обладать правами и обязанностями по отношению к ней. Этом оно часто нуждается в защите, в том числе и судебного. Одно из наиболее эффективных способов защиты прав человека — обращение в Европейский суд по правам человека (далее — Суд). Однако, говоря о защите в этом Суде права на отцовство, следует исходить из права на уважение частной и семейной жизни, гарантированного ст. 8 Конвенции о защите прав и основных свобод (далее — Конвенция). Рассмотрим решения, которые не только касаются защиты права на уважение семейной жизни, но и косвенно влияют на реализацию лицами их родительских прав.

Право на материнство

Сегодня благодаря принятию важных конвенций по правам человека рождения ребенок вне брака не является проблемой. Однако еще до 70-х гг ХХ века в Европе были распространены нарушения прав на этой почве. Давайте рассмотрим, как понимали тогда право на материнство, на примере дела «Маркс против Бельгии» (1979).

Согласно обстоятельствам дела Александра Маркс является дочерью Паулы Маркс, незамужней женщины.Согласно бельгийского законодательства в отношении детей, рожденных в браке, материнстве регистрируется автоматически (по факту рождения. Однако в случае госпожа Маркс, ребенок которой был рожден вне брака, от матери требовали заявление о признании, которую следует подавать в орган регистрации гражданского состояния. Такой акт был лишь декларативным и не создавал достаточных доказательств материнства.Соответственно, заявитель, получив такое признание, через год после рождения дочери начала процедуру усыновления (при этом следует отметить, что Гражданский кодекс Бельгии существенно ограничивал наследственные и некоторые другие имущественные права ребенка, рожденного вне брака. Заявительницы Маркс утверждали, что такая система регистрации нарушает их права, предусмотренные ст. 8 Конвенции, взятой отдельно и в сочетании со ст. 14.

В своем решении Суд отметил: «Если государство в рамках своей внутренней правовой системы определяет режим некоторых семейных отношений, то она должна действовать продуманно, так, чтобы заинтересованные лица могли вести нормальную семейную жизнь. По мнению Суда, декларируемая в ст. 8 необходимость уважения к семейной жизни предполагает, в частности, наличие во внутреннем законодательстве правовых гарантий, которые практиковали бы интеграцию ребенка в семью с момента рождения. Кроме того, Суд считает: если целью государства является создание условий для нормального развития семейных отношений между незамужней матерью и ее ребенком, то государство не имеет допускать никакой дискриминации по признаку рождения. Это требование ст. 14 в сочетании со ст. 8 Конвенции.

Пропорциональность интересов отца и матери

image11 Право на отцовство связано с вопросом, может лицо отказаться от реализации этого права и можно заставить ее к воспроизведению. В этом контексте широкого общественного обсуждения приобрела проблема абортов.

С правовой точки зрения интересен вопрос о пропорциональности интересов отца и матери во время принятия решения об искусственном прерывании беременности. Репрезентативной в этом плане дело «Босой против Италии» (2000).

Согласно фактам супруга заявителя решила прервать беременность, несмотря на возражения мужа. Заявитель жаловался на нарушение своих прав как потенциального отца и права нерожденного ребенка на жизнь. Он был недоволен тем, что разрешение на прерывание беременности оказывает матери право решать, делать аборт, и не учитывать возражения со стороны отца. Кроме того, заявитель утверждал, что предоставление женщине возможности осуществить аборт препятствует отцу создать семью.

Суд в своем решении отметил, что право на частную жизнь отца не может толковаться так широко, чтобы включать право консультироваться по поводу аборта, который намерен сделать женщина. Суд также отметил, что аборт в этом деле был проведен в соответствии с законодательством Италии и имел целью защиту здоровья матери. Вмешательства в право согласно ст. 8 Конвенции оправдано, поскольку было необходимо для защиты прав другого лица.

Репродуктивные технологии

originnal_17b15f4272a0434c0ce955ca923009d3 В наше время большое распространение приобретает использование репродуктивных технологий. Вместе с тем законодательство государств иногда не позволяет заинтересованным лицам воспользоваться этим способом лечения бесплодия, а значит, не создает надлежащих условий для обеспечения права на отцовство. Показательна дело «S. H и другие против Австрии »(2010).

Четверо заявителей — это две супружеские пары, у которых возникли проблемы с искусственным оплодотворением. У первого супруги (первого и второго заявителей) сложилась ситуация, когда можно было использовать яйцеклетку жены и сперму донора (чтобы рожденный ребенок был родственен одним из родителей).За заболевания женщины возможно было провести только in-vitro-оплодотворения, однако действующее законодательство разрешало только in-vivo-оплодотворения донорской спермой.

У второй пары была противоположная ситуация: организм женщины не производил яйцеклеток, и нужно было проводить имплантацию эмбриона, зачатого от спермы ее мужа и донорской яйцеклетки. Однако согласно законодательству Австрии осуществить такую процедуру было невозможно.

Заявители жаловались на нарушение ст. 8 в сочетании со ст. 14 Конвенции, поскольку, несмотря на важность права на создание семьи и права на воспроизведение, государство не установило надлежащих условий для его регулирования. По мнению заявителей, система, определенная законодательством, была непоследовательной и нелогичной, поскольку искусственное оплодотворение не было запрещено вообще, но были сделаны исключения некоторых его специфических способов.

Суд отметил, что нарушения ст. 14 Конвенции означает разное отношение к лицам в схожих ситуациях. Такое разное отношение является дискриминационным, если не является объективно оправданным, то есть не имеет законной цели, когда существует непропорциональность предпринимаемых мер и цели, которая преследуется. Суд считает, что в обоих случаях имелось нарушение ст. 14 в сочетании со ст. 8, поскольку разница в правовом регулировании была необоснованной и непропорциональным.

Пропорциональность интересов

1240926687_001 Относительно пропорциональности интересов потенциальных отца, матери и нерожденного ребенка, следует проанализировать дело «Эванс против Соединенного Королевства» (2007). Заявительница — госпожа Эванс и ее партнер начали лечение бесплодия. В процессе осмотра оказалось, что у заявительницы предраковое состояние яичников. Ей было предложено провести оплодотворение in vitro перед их хирургическим удалением.Госпожа Эванс и ее партнер подписали информированное согласие о том, что дают согласие на оплодотворение и о том, что каждый из них имеет право отозвать свое согласие до момента имплантации эмбриона. Впоследствии были созданы шесть эмбрионов, после чего заявительницы была проведена операция по удалению яичников.Однако вскоре отношения заявительницы и ее партнера были разорваны и последний отозвал свое согласие на продолжение хранения эмбрионов. Заявительница начала судебный процесс с целью восстановить согласие на хранение зародышей. По мнению госпожи Эванс, требование согласия отца на хранение и имплантацию оплодотворенных яйцеклеток нарушала его права согласно статьям 8 и 14 Конвенции, а также право эмбриона на жизнь в соответствии со статьей 2. Суд отметил, что вопрос момента возникновения жизни относится к сфере регулирования государства. Согласно законодательству Соединенного королевства эмбрион не имеет надлежащих прав и интересов и не может претендовать на право на жизнь в соответствии со статьей 2 Конвенции. Суд также отметил, что на международном уровне нет единодушия в вопросе правового регулирования искусственного оплодотворения и использования эмбрионов. По мнению Суда, границы оценки, предоставленные государству, должны быть настолько широкими, чтобы охватывать как ее решение вмешиваться в эту сферу, так и в случае такого вмешательства установить детальное регулирование этих вопросов для достижения баланса частных и публичных интересов. Суд пришел к выводу об отсутствии нарушения статьи 8 и 14 Конвенции.

Роль государства

babycry Помимо описанных, в сфере родительских прав возникают и другие проблемы, в частности: должно ли государство, которое гарантирует своим гражданам право на семью создавать необходимые условия для его реализации. По поводу этого следует обратиться к проблематике, поднимающийся по делу «Валла и Валлова против Чешской республики» (2006). По обстоятельствам дела, в сентябре 2000 года по обращению департамента социальной защиты местный суд принял решение об установлении надзора за семьей заявителей, у которых пятеро детей и которые, по мнению сотрудников департамента, ненадлежащим образом обустроили свой быт. Впоследствии в виду того, что заявители не смогли найти нормального жилья и учитывая потребности детей, были отобраны в заявителей и помещены в соответствующих детских учреждений. Позже был отменен опеку над старейшим сыном в связи с достижением им долголетия, двух младших детей усыновили супруги. Потом двое старших детей были возвращены заявителям при условии пребывания подростков под надзором школы. Заявители жаловались на то, что их разлучили с детьми, а государственные органы не помогли в такой ситуации. По мнению Суда, проблема заключалась в том, что органы власти применяли слишком ограничены меры для разрешения ситуации: были применены крайне суровый мероприятие — развод детей с родителями, к которому можно прибегать в исключительных случаях. Суд указал, что органам власти следовало найти более мягкие меры, а именно: можно было устроить отслеживания бытовых условий семьи Валла, социальные работники могли предоставлять конкретные советы, каким образом заявители могут улучшить свои жилищные условия. Суд считает недостаточными основания, которыми руководствовались национальные суды, принимая решение о помещении детей в социальные учреждения, кроме того государственные органы не принимали меры для того чтобы ускорить возвращение детей в семью. Поэтому Суд считает, что имелось нарушение статьи 8 Конвенции

Выводы

Подытоживая, можно сделать вывод, что хотя Конвенция о защите права и основных свобод не содержит нормы, которая бы прямо предусматривала право на отцовство, во многих решениях по статье 8 рассматривается касательная к нему проблематика, а именно пропорциональность интересов отца и матери при решении вопроса о рождения ребенка, проблема дискриминации лиц по признаку сексуальной ориентации, участия государства в реализации лицами своего права на отцовство и др.

Смотрите также по теме:

Выезд за границу с детьми

Уйти в декрет по-мужски

Школьники будут платить по 3 000 грн. за электронные учебники

 

Источник

Комментировать